Три дня несвободы

Мой первый фильм был посвящен августовскому путчу, вернее его ростовской версии. Вместе с оператором Володей Манойленко мы тогда работали на частной телекомпании "Южный регион", поэтому нам не составило никакого труда взять камеру, микрофон и выйти на улицу. Там мы начали тормозить перепуганный народ и мучить его вопросами об отношении к происходящим событиям. А когда слегка обнаглели, решили пытать больших начальников. Так родилась идея взять интервью у Леонида Иванченко, тогдашнего коммунистического лидера, председателя обкома КПСС (господи, какие забытые названия!). Помню, меня поразило, с каким высоким профессионализмом он уходил от конкретных вопросов, в частности, на чьей он стороне. Чуба мы сняли просто на митинге, где он хриплым голосом говорил что-то в защиту Ельцина.

Интересные были дни, какая-то сумасшедшая стихия гуляла по степям. Всех торкало. Дон-ТР торкнуло так, что они опечатали все камеры. Мы были единственными в Ростове, кто снимал все это - от шокового состояния до эйфорических ночных гуляний с криками: "Победа!".

Как мне потом говорили, благодаря этой пленке Чуб и другие политики сделали себе карьеру, а Иванченко избежал судебных преследований. Исходники этого материала, наверное, хранятся в КГБ, а сам фильм как историческая ценность до сих пор лежит в сейфе у Зарецкова. У меня даже копии не осталось.

Сразу же после монтажа мы полетели в Москву и на следующий день "Три дня" были в эфире РТР. Московские теледеятели потрясли нас одним вопросом:

- Знаете, что это за пятно у меня на брюках?
- ????
- Танковая смазка (!)